Кажется, что маленькие квартиры в пятиэтажках — исключительно российские реалии и только наш опыт. Но и в других странах есть подобные дома. Плоские и узкие, с линолеумом и узким коридором. Например, малогабаритные шведские пятиэтажки — родственники наших хрущевок.
Помню свое первое жилье в Стокгольме, в районе Bagarmassen в получасе езды от центра. Это был типичный для Швеции пятиэтажный дом с рыжей черепицей и клумбами вдоль фасада, благоухающим садом и беседкой для барбекю. Глядя на него, я сразу вспоминала российские дворики моего детства, с той разницей, что шведский, был немного более ухоженным и опрятным.
Подъезд радовал чистотой и порядком, одним нажатием кнопки включался свет, справа от входа висел щит с именами жильцов и номерами их квартир, с телефонами жилищного управления и коммунальных служб, куда следует звонить при необходимости.
Но очутившись первый раз в самой квартире, я испытала шок: крохотная прихожая, грязно-серые стены, потертый линолеум непонятного оттенка, узкий коридор, ведущий в комнаты, тесная кухня и такая же тесная ванная с душем. Комната, к счастью, была просторная, но обклеена обоями, которые так выцвели, что разобрать их настоящий цвет было невозможно. Вся эта серо-бурая гамма усугубила тесноту помещения, низкий потолок казался еще ниже, а сама квартира темнее, даже при наличии большого окна.
Прожив в Швеции несколько лет, я узнала, что о состоянии подъездов, фасадов, дворов и клумб заботятся жилищное управление и коммуна. Внутреннее состояние жилья зависит от инициативы владельцев. Та стокгольмская квартира напомнила мне советские хрущевки, и сходство это, как оказалось, не случайно.
Что же такое lamellhus?
Lamellhus («плоский дом») — так называют в Швеции прототипы советских хрущевок, строительство которых приходится на начало 1930 годов. Их идея была позаимствована шведскими архитекторами у основателей немецкого функционализма Вальтера Гропиуса и Бруно Таута. Их, наравне с Ле Корбюзье, считают родоначальниками европейского функционализма в архитектуре.
Если вспомнить, то идеей строительства дешевого социального жилья Хрущев тоже вдохновился у немцев и французов. Так что у наших и шведских домов один общий корень, вернее, один прародитель.
Какими они были
Первые такие дома появились в черте старых районов Стокгольма. С появлением метро диапазон строительства увеличивался пропорционально растущему населению города, нуждающемуся в жилье.
Дома строились узкими ради естественного освещения (инсоляции), поступающего с двух сторон квартиры, поэтому их ширина варьировалась от 8 до 12 метров. По тем временам эти постройки в три-четыре этажа, по две квартиры на каждой лестничной клетке, считались многоквартирными. Дома строились под прямым углом к улице, с оштукатуренными фасадами, плоскими крышами, чаще без лифта, параллельно друг другу. Позже их адаптировали к местным условиям: сделали скаты крыш и украсили их черепицей, стали облицовывать фасады кирпичом. Поэтому часто эти дома называют smalhus («узкий дом»), как вариант lamellhus.
Начавшаяся Вторая мировая война замедлила жилищное строительство в Швеции, тем не менее в период с 1936-го по 1946 год только в Стокгольме построили 25 000 квартир (по тем временам это было внушительной цифрой). Lamellhus составили ядро шведского жилищного фонда (85%), они были хорошо приспособлены к местности и возводились с учетом минимального вмешательства в природу.
Характерные черты
Как правило, это дома без чердака, с маленькими или французскими балконами, иногда без балконов, с центральным мусоропроводом, помещениями для хранения, прачечной, комнатой для сушки белья, часть фундамента обычно возвышалась над землей. Эти критерии легли в основу жилищного строительства Швеции на многие годы и укоренились в стране.
Вариант для многодетных
В середине 1930 годов правительство разработало программу для многодетных семей. В рамках которой семьи с тремя и более детьми получили льготное жилье. Чем больше было детей — тем ниже для семьи была квартплата, так как часть затрат оплачивалась государством. Поэтому строительство каркасных домов получило новый импульс, просто их приспособили для нужд многодетных семей. Это значит, что обустраивались дворы, детские площадки, специальные помещения для велосипедов и детских колясок. Такое социальное жилье получило название barnrikehus, что в буквальном переводе означает «дом, богатый детьми».
Размеры и планировка
Метраж первых квартир был всего 42 кв.м: две комнаты и кухня, узкий коридор и маленький холл. Сегодня сложно представить, что здесь проживали семьи с детьми, но это так. Часто полноценная кухня заменялась небольшим кухонным закутком с малым количеством шкафов, небольшим холодильником и крошечной варочной панелью. В Швеции это называется kokvrå.
Некоторые ванные комнаты тоже поражали размерами: на крохотной площади еле-еле умещались душ, раковина и унитаз. Можно было спокойно умываться и принимать душ, сидя на унитазе.
По задумке архитекторов, свет поступал в квартиру с двух сторон, но из-за внутренней отделки, популярной в то время, квартира казалась темной.
Однако шведы были счастливы, получая такое жилье. Так же, как были счастливы наши люди, переезжая из бараков в хрущевки. Конечно, в Швеции не было таких коммуналок, как в СССР. Но если верить историкам, многие шведы жили в скверных жилищных условиях с удобствами во дворе, без горячей воды, в квартирах, куда вообще не поступал дневной свет, что по местным меркам большой минус, так как в стране мало солнечных дней.
Замечу, что квартплата за жилье в доме lamellhus в то время составляла всего 70 крон в месяц при покупательской способности в 2000 крон.
Конечно, шведские архитекторы работали над тем, чтобы улучшить условия проживания: расширялись пространства квартир, комнаты были смежными или раздельными, кухни — проходными или разделенными перегородкой. Но в целом на квадратных метрах старались экономить, где это было возможно. Дома не превышали пяти этажей, иногда последний этаж строился как мансарда.
Именно эта квартира на Stickelbärsgatan 7 была передана городскому музею Стокгольма, который открыл здесь в 1990 году постоянную экспозицию, чтобы показать публике, как жили шведские семьи в 1930 годах.
Бледно-желтые межкомнатные двери, подоконники из красного известняка, коричневый линолеум на полу, обои в бежевый цветочек — все это и многое другое тщательно восстановлено, а квартира открыта для посещения.
Эта фотография из музея вызывает в памяти почти до боли знакомый этюд уже из нашей, советской, жизни. Кто из нас не помнит такие бытовые картинки (разве что окна на улицу не было)?
В моей последней съемной квартире в районе Hökarängen коридор оказался шире, чем в предыдущей, в прихожей стоял встроенный шкаф, куда вмещалась куча полезных вещей. Но все же я долго пыхтела, пытаясь пристроить полку для обуви, которая то упиралась в кладовку, то, наоборот, в дверной косяк.
Зато кухня вдохновила объемом: я умудрилась впихнуть к окну небольшой диван и наслаждалась движением облаков над головой. Кстати, в этой кухне меня радовал шкаф, примыкающей к главной стене и снабженный вентиляционным отверстием, которое при необходимости можно было регулировать, выпуская или перекрывая доступ воздуха с улицы. Этакий естественный холодильник. Нечто подобное было и в наших хрущевках.
В спальне размером 12 кв.м почти два метра занимали встроенные гардеробные: с одной стороны, они съедали пространство, с другой — очень выручали своей вместимостью.
Примыкавший к фасаду дома лес, хоть и препятствовал доступу солнца, но восхищал неимоверно. Какое это было наслаждение — распахнуть утром окно и впустить ароматы и звуки природы в комнату!
Такие винтовые лестницы — не редкость в lamellhus тех лет.
А это — вход в подъезд, типичный для 30-60-х годов.
Такие входные двери под мрамор уже редкость.
Шведские «хрущевки» сегодня
При строительстве каркасных домов экономили на метраже и объеме, но не на качестве строительства. Именно поэтому, спустя 90 лет, дома эти крепки и надежны. Многие из них уже отремонтированы, фасады покрашены, балконы укреплены, входные двери заменены или отреставрированы.
Давно выросли во дворе деревья, посаженные при первых жильцах, каждый год обновляются клумбы и газоны, периодически приводятся в порядок коммуникации и общественные помещения.
Стокгольм растет, и те районы, которые еще вчера называли окраинами, оказались практически центром, утопающим в зелени садов и парков, с благоприятной экологической средой, с неповторимым шармом. Шведы, выросшие здесь, никогда не поменяют свои скромные квартиры на модные новостройки. О том, чтобы снести эти дома, не может быть и речи, это все равно, что совершить святотатство.
Наоборот, многие из квартир могут похвастаться современным ремонтом, выполненным в духе шведского минимализма. Белизна стен и потолков визуально расширяет их скромное пространство, квартира кажется светлее, а энергосберегающие технологии позволяют сохранять тепло в помещении.
Некоторые из хозяев сохраняют дизайн тех лет, обновив его яркими красками и современной техникой, выполненной в стиле 1960-х. Считается, что в этом дизайне есть невероятное обаяние. Я тоже влюблена в 1960-е, причем любовь моя распространяется не только на дизайн, но и на все искусство в целом.
Новая жизнь старой прихожей, которая уже не кажется такой узкой, как прежде.
Сегодня старые дома lamellhus не просто начинают новую жизнь, они обретают новое дыхание. И что-то мне подсказывает, что жизнь их ждет долгая и счастливая.
Originally posted 2017-06-21 12:14:41. Republished by Blog Post Promoter
